Поиск
Опрос
Как вам сайт?


Криминология

Отрасль изучения, которая традиционно концентрировалась на ряде аспектов природы и причин преступления, а также преступного элемента в обществе. Но может ли эта область изучения по праву называться дисциплиной? Ведь она преимущественно сводилась лишь к одной проблеме и ее ответвлениям от ряда дисциплинарных, эпистемологических подходов.
Тема преступления и нарушения законов обнаруживается в исторических документах. Этические повести о последствиях правонарушений найдены в Древней Греции, а до этого в сводах законов Вавилонии, то есть около 2000 г. до н.э. В новое время систематический интерес к преступлению возрастал по мере крупных социальных изменений, вызванных развитием капитализма в 18-м столетии. Разрыв с традиционными обществами, распад форм социального контроля локального уровня, возникновение новой собственности и классовых отношений, проявившихся в политических революциях того времени, — все это вело к возрастанию и ужесточению требований социального порядка и его соблюдения. Интерес к преступлению — часть этого процесса.
В 18-м столетии "классическая" школа в области права исходила из существования человеческого разума и свободной воли, а следовательно, рационального вычисления издержек и выгод любого действия. Смысл политики в отношении преступности состоял в том, чтобы сделать издержки от нарушения законов более высокими, чем потенциальные выгоды. (Данная модель имеет много общего с более современными теориями устрашения.)
Позитивистская криминология — отчасти реакция на "классическую" традицию, но также и на общее развитие позитивистского объяснения 19-го столетия. Ее наиболее известным толкователем был Чезаре Ломброзо — итальянский врач. Он и его последователи поддерживали биологический детерминизм, противопоставленный понятию свободной воли. На основе обследования тюремных обитателей и исследования умерших осужденных Ломбро-зо считал преступность, происходящей от "атавизма", которым обозначил пережитки характерных черт примитивной стадии человеческого развития. Эти генетические "атавизмы" возникли от "свирепых инстинктов примитивного человечества и низших видов животных". К началу нынешнего столетия его работы были полностью дискредитированы. Однако генетически-биологические объяснения время от времени появляются в разработках психологов в сфере криминологии.
Ряд социологических подходов к преступлению и преступности противостоит индивидуалистическим и биологическим точкам зрения. Один из них — "социальная патология", согласно которой преступное поведение обусловливают социальные, а не личностные проблемы.
Классические марксистские подходы (например, Энгельса и Бонгера) связывают преступление со свойственными капитализму особенностями, включая бедность и деградацию рабочего класса, а также с воздействием алчности и эксплуатации на создание "криминогенной" культуры. Тот же акцент наблюдается и в социологии 1970-х гг. в связи с возрастающим влиянием марксизма на дисциплину. В США давно возник интерес к социологическому объяснению преступления, на что в основном повлияла Чикагская школа. Ранние авторы Чикагской школы разработали понятие "культурная трансмиссия". При изучении районов с высокой преступностью в Чикаго в 1900—1925 гг. они утверждали, что в таких районах преступность была традицией; преступные ценности передавались группами равных и бандами; личности были социализированы в преступление. Имеется также тенденция к более широкому толкованию термина девиация, например, в теории аномии и в теории стигмации (наклеивания ярлыков или клеймения).
Эти аргументы получили развитие в субкультуре преступности и в теориях дифференциальной ассоциации. Предпринимались попытки синтезировать различные теоретические тенденции, в частности, Клауордом и Оулином (I960). Они свели культурную трансмиссию и аномические теории, показав, каким образом изменяются "структуры возможности" при законном или незаконном использовании. Клауорд и Оулин идентифицируют одну из частей "низшего класса" как особенно предрасположенную к риску, связанному с правонарушением, поскольку "стремится к более высокому статусу внутри их собственной культурной milieu (среды)" и альтернативному по отношению к среднему классу образу жизни, незаконному
пути к богатству внутри культуры "низшего класса" (ср. использование аномии мертоном).
Подходы данного типа критиковались по ряду причин: за то, что в целом принимают легитимность "преступных" средств и целей, позволяя другим поступать аналогичным образом; за то, что концентрировались исключительно на мужчинах из низшего рабочего класса и мало исследовали женскую преступность, преступления "белых воротничков " или "сильных мира сего".
В 1970-х гг. в Великобритании и США социологи вернулись к смеси теории стигмации (наклеивания ярлыков или клеймения) и марксизма, к проблемам преступления, социального класса и ка-питализма. В Великобритании подобный подход иллюстрирует "критическая криминология" Тейлора, Уолтона и Янга (1973). Радикальных криминологов объединила не столько согласованная теория, сколько общий этос. Они были критически настроены в отношении позитивистских, функционалистеких и ярлыковых подходов, предложив взамен криминологию, построенную на анализе преступления, законодательства, более широкого понимания капиталистического государства, социально-классовых отношений. Поэтому уголовное право, охрана порядка и тюремная система изображались как аспекты классового господства, в чем отражается очевидное наследство теории стигмации, но с акцентом на клеймении определенных действий как "девиантных", основанных на логике и потребностях капитализма. Радикальная перспектива имела большое значение в возрождении социологического интереса к детальному анализу аспектов системы уголовной юстиции — охране порядка, судам и приговорам, а также тюрьмам.
Дальнейшее развитие, начиная с 1970-х гг., выразилось в росте феминистских вкладов в изучение этой области. Помимо возрождения женского движения, данный процесс во многом обязан разработке радикальной криминологии с растущим признанием того, что гендерные проблемы не могут быть просто включены в подход, основанный на классах. Работа над статистикой преступлений, субкультурами, насилием в отношении женщин, женской преступностью, вынесением приговоров, тюрьмами и другими проблемами — все это показывает важность гендера и его значение, побуждая к общим теоретическим и эмпирическим дебатам в криминологии.
Другой подход — смещение акцента с правонарушителей на жертвы преступления (см. Виктимология).

Нравится
Версия для печати Просмотров: 140

Похожие записи
Обзор понятия социологии: Дилемма заключенных

Парадигматический случай в теории игр, когда...

Обзор понятия социологии: Моска гаэтано

Итальянский политолог и политический деятель,...

См. Образцовые переменные.